Как мы ловко вышли из положения

Как говорил барон Мюнхгаузен: «Безвыходных ситуаций не бывает». Иногда люди так мастерски проявляют смекалку, чтобы выбраться из затруднительного положения, что заставляют нас застыть с фразой: «А так можно было?» Вдохновение может настичь их в виде обычной бочки, когда нет бассейна, или даже в виде собственной собаки, которой приходится носить защитный воротник.


Блок: 1/18 | Кол-во символов: 370
Источник: https://www.adme.ru/svoboda-narodnoe-tvorchestvo/16-chelovek-kotorye-virtuozno-vyshli-iz-tupikovoj-situacii-1968165/

Ответы на кроссворды и сканворды

Гамбит Жертва фигурой в начале шахматной партии для приобретения выгодного положения 6 букв
Пролезть Обманом и хитростью проникнуть куда-нибудь, добиться хорошего, выгодного положения 8 букв
Предприниматель Организатор выгодного дела, выгодного предприятия 15 букв
Параллакс Видимое изменение положения объекта (напр., звезды), происходящее из-за изменения положения наблюдателя 9 букв
Параллакс Изменение видимого положения объекта относительно удалённого фона в зависимости от положения наблюдателя 9 букв
Маневр Передвижение, перегруппировка для создания наиболее выгодного размещения сил 6 букв
Драматизм Трудность положения 9 букв
Драматизм Тяжесть положения 9 букв
Сдвиг Изменение положения 5 букв
Тезисы Основные положения выступления 6 букв
Роды Лучший выход из положения 4 буквы
Сдвиг Изменение положения или смещение 5 букв
Трагизм Мрачная сторона положения 7 букв
Сны ___ зависят от положения спящего. С. Е. Лец 3 буквы
Теза Основные положения доклада 4 буквы
Начала Основные положения, принципы 6 букв
Инверсия Изменение нормального положения компонентов 8 букв
Корточки Встать, выпрямиться из такого положения 8 букв
Тумблер Небольшой механический переключатель на два-три положения 7 букв
Вывернуться Ловко выйти из трудного положения 11 букв
Выпутать Вывести из неприятного, сложного положения 8 букв
Вывезти Выручить, вывести из трудного положения 7 букв
Лазейка Хитрый выход из трудного положения 7 букв
Выпутаться Выйти из затруднительного сложного положения 10 букв
Движение Изменение положения тела или его частей 8 букв
Отыграться Ловко выйти из затруднительного положения 10 букв
Тумблер Малогабаритный переключатель на два либо три положения 7 букв
Жезл Знак власти, почетного положения 4 буквы
Вызволить Выручить из беды, из трудного положения 9 букв
Правила Положения, устанавл. порядок проведения соревнования 7 букв
Условие Совокупность данных, положения, лежащие в основе 7 букв
Чин Степень служебного положения государственных служащих 3 буквы
Арронди Обозначение округлого положения рук в классическом танце 7 букв
Акцент Подчеркивание какого-нибудь положения, мысли 6 букв
Злоупотребление Использование служебного положения в корыстных целях 15 букв
Акцент Подчёркивание какого–нибудь положения, мысли 6 букв
Карьера Достижение видного положения на служебном поприще 7 букв
Драматизм Напряженность действия, положения, свойственная драме 9 букв
Звание Обозначение служебного положения по табели о рангах; чин 6 букв
Драматизм Напряженность, безвыходность обстановки, положения, обстоятельств 9 букв
Позиция В классическом танце канонизирование положения рук, постановки ног 7 букв
Основа Исходные, главные положения чего-нибудь 6 букв
Загреметь Сразу лишиться высокого положения, должности 9 букв
Драматизм Крайняя напряженность, тяжесть положения, обстоятельств 9 букв
Карьера Достижение видного положения в обществе, на службе 7 букв
Найтись Не растерявшись, выйти из затруднитель ного положения 7 букв
Выпутывание (разг.) освобождение из неприятного, сложного положения 11 букв
Завинтить Винтя, укрепить, довести до нужного положения 9 букв
Отъехать Сдвинуться с места, выйти из нормального положения 8 букв
Отвес Небольшой груз на шнурке для выверки вертикального положения 5 букв
Блок: 2/2 | Кол-во символов: 3223
Источник: https://wordparts.ru/vopros/%D0%B2%D1%8B%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE%20%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F/

Автор книги: Даниил Гранин


сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

Мы сидели раздвинувшись, и я ощущал свой висок под его взглядом. Каким он видел меня сейчас? Что у меня на лице? Я пытался представить себя со стороны – ничего не получалось. И так всю жизнь, никогда не можешь увидеть себя самого, движение лица, походку, жесты. Впрочем, так бывало, и отчетливо, в момент какого-то поступка. А если нет поступков? Если одни рассуждения и размышления. И наблюдения. И потом оценки и переоценки…

Приближался город. Машина, покачивая, уносила нас прочь от того одичалого поля, которое давно пора застроить, колодцы завалить, засыпать окопы, – не надо нам этих укоров, нам достаточно памятников, могил и действительно хороших воспоминаний. Какого черта, когда мы можем рассказать друг другу о том, как мы громили фашистов, какие мы устраивали окружения, клещи, освобождали Прагу, про то, как мы входили в Восточную Пруссию.

Сонно урчал мотор, в машине было тепло, мы двигались навстречу нашим женам, квартирам, работе и нашему расставанию с приятными словами и обещаниями. «А поезд уходит, – вспомнилось мне. – Ты слышишь, уходит поезд, сегодня и ежедневно».

Это были слова из одной славной песни; очевидно, никто не знал ее, даже Володя не знал, но мне кажется, что они сразу поняли, что это за поезд, потому что все промолчали. Впрочем, я не уверен, что сказал про поезд вслух, я только слышал, как мы все молчим и машина набирает скорость после перекрестков. Каждый из нас мог сойти в любую секунду. Машина одолевала краткий промежуток между прошлым и будущим, и я вдруг почувствовал, что это тот миг, который дается для выбора. Или – или. Ничто, никакие оценки потом не заменят мне ни упущенного, ни совершенного. То, что есть сейчас, не повторится никогда. Поезд уйдет, это не страница рукописи, которую можно переписать.

– Артиллерия, – я откашлялся, – по оврагу артиллерия никогда не стреляла. Овраг не был пристрелян. Мы все это знаем. Чего же притворяться?

– Кстати, насчет обоев, – сказал Володя. – Мы тоже собрались ремонт делать.

– Устроим, – сказал Рязанцев. – И тебе, и комбату. Чего другого, а тут я могу.

– Звуконепроницаемые, – громче сказал я, – кислотоупорные, прозрачные, ароматные. Послушай, Рязанцев, говорят, ложь бывает гуманной, но если человек знает, что ему врут, тогда как, ему все же легче? Пора же о боге подумать. Ну да, бога нет, но все равно дело идет к отчету. Чего вы испугались? Правды? Но ты-то, Володя, когда мы с тобой тут ползли, ты ж ни черта не боялся…

– Помолчи! – скомандовал Володя не оборачиваясь, и в зеркальце отразились его глаза; я не знал, что у него могут быть такие металлические глаза. А он, по законам оптики, видел в том же зеркальце мои глаза и, может, тоже не узнавал их.

– Нет, не буду молчать! – с наслаждением сказал я. – Прикидываешься, что ты остался таким же! – Я чувствовал, что иду вразнос, безоглядный, блаженный разнос. – Нет, ты другой. И комбат другой. Только теперь ты боишься идти за комбатом. Потому что сейчас нужна другая смелость. По-твоему, комбат замахнулся на наше прошлое? Эх, ты! Да разве правда может напортить. Зачем нам украшать! Да, в тот раз мы промахнулись, не сообразили, не умели и все же выстояли, и ничего у немца не вышло. Без иллюзий еще прекрасней все остается, зря вы струхнули, забеспокоились. Факт, мы виноваты, мы прошляпили этот овраг. «Аппендицит» можно было взять. Не сообразили мы – что к чему. Мы проскочили бы по оврагу, и тебя, Рязанцев, может, и не контузило… Но это же надо знать. Ведь если снова идти на «аппендицит»… А ведь нам придется. Ну, может, не в смысле военном, но все равно…

Володя нервно крутанул баранку, выругался, сбоку грузовик взвизгнул тормозами.

– Из-за тебя, псих… чего ты несешь? Тоже мне обличитель! Хочешь, я тебя сейчас – наповал? Тогда в декабре или, нет, в январе, в марте, если бы ты узнал то же самое, стал бы вопить об этом? Нет. Чтобы комбата не подвести. Так что заткнись.

– А я лично не реагирую на подобные выпады, – с высоты небесной сообщил Рязанцев. – Но комбата мы не позволим дискредитировать. Это никому не удастся.

– Особенно после такого очерка, – едко заключил Володя.

Они говорили не оборачиваясь, два затылка, две спины, уверенные в наводимом позади порядке.

– Да, тогда, в январе, я бы промолчал. Ну и что? И очерк мой дерьмо, – не так-то легко мне было произнести эти слова. Я вспомнил, сколько я переписывал этот очерк и сколько он мне потом доставил радости. – Дерьмовый очерк, – повторил я. – Потому что не понимал, что комбат может ошибаться.

– У нас был отличный комбат, – с силой сказал Володя.

Я посмотрел на комбата – морщины проступали на его темном лице, как немая карта. Видно было, до чего ему сейчас трудно. Может, труднее, чем в ту зиму. Сам он мог говорить о себе что угодно, он один мог судить себя. Одного из тех, которые талантом своим творили победу. Снова он полз по дну оврага, седеющая голова его была в снегу, пули нежно насвистывали где-то в вышине, он оглядывался, а мы залегли, мы оставили его одного, но он все равно карабкался, волоча автомат и авоську с плащом… Я положил ему руку на колено:

– Вы были вовсе не такой хороший комбат. Только теперь вы стали настоящим комбатом. Вы все же взяли «аппендицит». Пусть через двадцать лет.

Нога его отстранилась, и он сказал с неожиданной злостью:

– Опять я хорош. Виноват – хорош, не виноват – хорош. Выгодно, выходит, признаваться.

Слова его поразили меня, а Володя расхохотался:

– Получил? – Ему очень хотелось обернуться, посмотреть на нас.

Я откинулся на спинку сиденья. Незаслуженная обида вспыхнула во мне. Володя и Рязанцев беззвучно ликовали и потешались, но я чувствовал, что это больше над комбатом, чем надо мной. Что-то неуловимо изменилось, он перестал быть опасным, они отнеслись к нему покровительственно: наивный человек – отказаться от помощи, оттолкнуть единственного союзника, все себе испортить. А я, они считали, вынужден теперь присоединиться к ним, куда же мне еще деваться?

Один комбат ничего не замечал. Он близоруко согнулся над своей измятой схемой, водил по бумаге пальцем, допытываясь и обличая. Он был сейчас и подсудимый, и судья, он учитывал на своем суде и Володю, и Рязанцева, и меня, и обоих комбатов – того, молоденького, в фуражечке, и этого, в галстучке, с авоськой, и, может, других комбатов, которые существовали когда-то между этими двумя.

У Казанского собора Рязанцев сошел, долго примиренно прощался, просил не забывать его. Он обещал комбату сообщить про обои, утешающе похлопал его по плечу, потом отвел меня в сторону:

– Ты как считаешь, на вечере встречи он тоже… все это…

Я посмотрел на комбата. Он распрямился, мне показалось, он стал выше и лицо у него было другое, каждая черточка прорисована четко, со значением, как на старинных портретах, и костюм его перестал выглядеть старомодным, просто это был костюм из другой эпохи, так же привлекательный, как доспехи, ментики, камзолы. И осанка чем-то напоминала фигуру Барклая де Толли, памятник на фоне колоннады, твердое темное лицо его, и плащ, – и русских офицеров, их нелегкие законы чести, безгласный суд, которым они сами судили себя, приговаривая себя… Я позавидовал его одиночеству. Давно я не оставался в таком одиночестве. Отвык я от его неуютных правил – делать свое дело по совести, не объясняя своей правоты, не ища сочувствия.

– Да, он, конечно, может… – сказал я Рязанцеву.

– Как же быть тогда? – озабоченно спросил Рязанцев.

…Машина шла по Невскому, где-то позади остался встревоженный Рязанцев, скоро и мне надо было выходить. Я не знал, что сказать комбату на прощанье. Он тоже сидел озабоченный, ему тоже предстояло что-то решать и делать. И в себе я чувствовал эту озабоченность. Если бы мы служили в армии, тогда все было бы проще. На предстоящих учениях учтем. Научим курсантов. Или если бы мы писали военную историю. Комбату, пожалуй, легче, он учитель, а кроме того, он остается комбатом, вот в чем штука…

У Владимирского я увидел свою жену вместе с Инной, они возвращались с рынка. Мы остановились и вышли из машины.

– Как вы съездили? – спросила жена.

– Отлично, – сказал Володя. – Все было о’кей!

– Бедняжки, вы же промокли, – сказала Инна.

– Не считается, – Володя засмеялся, щурясь на ее золотые волосы, и она тоже засмеялась.

– А это наш комбат, – сказал я.

Он неловко и безразлично улыбался, держа свою авоську с плащом, голубенький галстук топорщился, грязные широкие брюки мокро обвисли, вид у него был истерзанный, как после схватки, и никто не знал, что он победитель.

– Я представляла вас совсем другим, – разочарование прорвалось в голосе моей жены, но она ловко вышла из положения. – Знаменитых людей всегда представляешь иначе. – Она поискала, что бы еще добавить приятное, и, не найдя, обратилась к Володе, заговорила про его песни – она давно хотела его послушать.

Комбат посмотрел на меня.

– Обиделся?

Я кивнул и понял, как глупо было обижаться. Пока женщины и Володя разговаривали, мы с комбатом смотрели друг на друга. Забытая, явно не медицинская, боль сдавила мне сердце. Откуда-то возник жаркий августовский день, лесная заросшая узкоколейка, отец, еще крепкий, шагающий рядом по шпалам, желтый складной метр в кармане его холщовой куртки. Дорога свернула, и мы вошли в березовую рощу. Огромные белые березы обступили нас. Воздух сквозил, легкий и пятнистый. Я замер, пораженный этой доверчивой, нетронутой белизной. Сколько мне тогда было? – лет четырнадцать. Я никак не мог понять, почему красота способна причинять такую боль, сладкую неразбериху, мучительную до стыдных слез.

– Обязательно приду, – сказал Володя. – Готовьте коньяк.

Комбат протянул мне руку. Левой рукой он снял шляпу, густые волосы его поднялись, серебристый отсвет упал на лицо. Рука его была сильной и твердой. Он сжал мои пальцы, и я ответно пожал ему руку, так, чтобы он знал, что я все понял… Губы его дрогнули, но усмешка не получилась, и он чуть заметно поклонился мне.

Они сели в машину. Володя помахал женщинам, отдельно Инне, и они уехали.

– Ты жалеешь, что съездил? – спросила жена. – Но ты ведь был готов. Ты и не ждал ничего хорошего.

– Зато твой Володя прелесть, – сказала Инна. – А этот, представляю, наверно, все о своих заслугах. Хотя видно, что был красивый мужчина.

– Не огорчайся, – сказала жена. – Мало ли как люди меняются с годами. Что тебе, впервой?

– Господи, да если б я мог стать таким, как комбат, – сказал я. – Если б мне хватило сил…

Я взял у жены сумку, и мы пошли домой. На Владимирском и на Невском – всюду стояли высокие белые березы, прохладные березовые рощи. Звуки города исчезали, было тихо, только наверху, в кронах, тревожно посвистывали пули.

1968

Блок: 2/2 | Кол-во символов: 10581
Источник: https://itexts.net/avtor-daniil-aleksandrovich-granin/13895-nash-kombat-daniil-granin/read/page-4.html

«Учитель сказал, что можно принести только одну шпаргалку». Наглядный пример использования поглощения цветов в быту

Блок: 3/18 | Кол-во символов: 120
Источник: https://www.adme.ru/svoboda-narodnoe-tvorchestvo/16-chelovek-kotorye-virtuozno-vyshli-iz-tupikovoj-situacii-1968165/

«Моему псу Филби приходится принимать таблетки от аллергии каждый день, но он не должен об этом знать»

«Таблетки красоты».

Блок: 11/18 | Кол-во символов: 126
Источник: https://www.adme.ru/svoboda-narodnoe-tvorchestvo/16-chelovek-kotorye-virtuozno-vyshli-iz-tupikovoj-situacii-1968165/

Бонус: настоящий друг всегда поможет найти выход из затруднительного положения

А вам приходилось выкручиваться из затруднительного положения? Как вы справились?

Блок: 18/18 | Кол-во символов: 159
Источник: https://www.adme.ru/svoboda-narodnoe-tvorchestvo/16-chelovek-kotorye-virtuozno-vyshli-iz-tupikovoj-situacii-1968165/
Кол-во блоков: 20 | Общее кол-во символов: 14579
Количество использованных доноров: 3
Информация по каждому донору:

  1. https://www.adme.ru/svoboda-narodnoe-tvorchestvo/16-chelovek-kotorye-virtuozno-vyshli-iz-tupikovoj-situacii-1968165/: использовано 4 блоков из 18, кол-во символов 775 (5%)
  2. https://wordparts.ru/vopros/%D0%B2%D1%8B%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE%20%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F/: использовано 1 блоков из 2, кол-во символов 3223 (22%)
  3. https://itexts.net/avtor-daniil-aleksandrovich-granin/13895-nash-kombat-daniil-granin/read/page-4.html: использовано 1 блоков из 2, кол-во символов 10581 (73%)


Поделитесь в соц.сетях:

Оцените статью:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий